Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!



Добавить в избранное

Яков Шпренгер и Генрих Крамер.



"Молот Ведьм"



("Malleus Maleficarum")

Что же из себя представляет "Молот ведьм" (об авторах)

"Молот ведьм" или "Hexenhammer" (1-е ,,.., 1486г.) - бесспорно, основной и самый
мрачный из всех трудов по демонологии. Он был общеобязательным кодексом,
объединявшим древние легенды о черной магии с церковной догмой о ереси,
открывшим шлюзы потоку инквизиторской истерии столь широко, насколько это вообще
мог сделать печатный труд.

Его авторы стремились воплотить в действие библейское указание: "Не оставляй
ворожеи в живых" (Исход, 22,18) Руководство для охоты на ведьм переиздавалось,
по крайней мере, 13 раз до 1520г. и еще не менее 16 изданий вышло между 1574 и
1669 гг. - многие ранние издания выходили без указания места и времени издания.
Известно, по крайней мере, 16 немецких, 11 французских, 2 итальянских и
несколько английских изданий (преимущественно поздних - 1584, 1595, 1604. 1615,
1620, 1669 гг.). "Молот ведьм" стал источником вдохновения для авторов всех
последующих руководств и удерживал главенствующую позицию даже после появления
трудов таких выдающихся авторитетов, как Реми (1595) и дель Рио (1599).

Его значение и место среди книг своего времени было обусловлено несколькими
причинами: во-первых, схоластической известностью авторов, доминиканцев Якова
Шпренгера (1436-1495) декана Кельнского университета и приора Генриха Крамера
(латинизированное Инститорис) (ок. 1430-1505); во-вторых, папской буллой 1484г.,
которую Крамер получил от папы Иннокентия VIII, чтобы подавить оппозицию,
выступавшую против охот на ведьм; и в-третьих, детальной разработкой процедуры
судопроизводства над ведьмами, "чтобы как духовные, так и гражданские судьи
располагали готовыми приемами пыток, ведения суда и вынесения приговора".
Большинство аргументов было заимствовано из трудов доминиканского приора Нидера
- "Formicarium" (1435) и "Praeceplorium".

"Молот ведьм" состоит из трех частей. В первой обсуждается необходимость
глубокого осознания должностными лицами гнусности колдовства, включающего
отречение от католической веры, преданность и поклонение Дьяволу, подношение ему
некрещеных детей и плотские сношения с инкубом или суккубом. Неверие в
колдовство (с позволения канона Episcopi) являлось ересью. В Библии говорится,
что ведьмы существуют, а следовательно "любой кто не верит в установления
священного писания является еретиком". Формула отречения (приведенная в части
III) для тех, кого серьезно подозревали в ереси (но против кого не было
свидетельства под присягой), звучала так: "Я клятвенно отрицаю ту ересь, или,
вернее говоря, неверие, которое неверно и лживо утверждает, что на земле не
существует ведьм". По данному обвинению законом допускались показания любых
свидетелей, поскольку колдовство рассматривалось как высшая форма измены
христианскому долгу. Вследствие этого показания о колдовстве разрешалось давать
свидетелям, обычно не допускавшимся в суд: преступникам, отлученным от церкви,
уличенным в лжесвидетельстве, причем их имена могли оставаться в секрете.

Во второй части устанавливаются три типа злодейств, совершаемых ведьмами и
противодействие каждому из них. Здесь же Шпренгер и Крамер подтверждают все
истории о деяниях ведьм, договор с Дьяволом, сексуальные отношения с дьяволами,
перемещения, превращения, лигатуру, порчу урожая и скота - фактически, самый
широкий круг чародейств.

Третья часть (видимо, написанная Крамером, имевшим больший практический опыт)
содержала формальные правила для возбуждения судебного иска против ведьмы,
обеспечения ее осуждения и вынесения приговора. Здесь же разграничивается
юрисдикция инквизиторских, епископских и светских судов, причем два последних
суда побуждаются к более активному преследованию ведьм. Причина заключается в
том, что ведьмы, которые юридически не могут преследоваться инквизицией как
еретики, должны передаваться двум другим судам. В третьей части заканчивается
обсуждение приемов допроса свидетелей, а также ареста, заключения и пыток ведьм,
и таких практических вопросов как преодоление молчания ведьм - технически ведьму
нельзя было осудить без ее собственного признания. Там же устанавливается, что
обвиняемый (и его защитники, если таковые имеются) не должны знать имени
обвинителя.

Аргументы, содержащиеся в почти четверти миллиона слов, представляют собой
фантастическое принесение логики и здравого смысла в жертву заранее сложившейся
богословской концепции. Например, слову "женщина" (femina) приписывается
происхождение от [вера] и minus [малый], а "дьявол" (diabolus) - от dia [два] и
bolus [смерть], т.е. "убивающий душу и тело". Даже в первой части игнорируются
разумные аругменты. Так, объявляются еретиками те, кто "верят в существование
демонов, кроме как в воображении масс, которые и приписывают свои собственные
лжеучения дьяволу. Разные облики, рисующиеся уму, возникают как плод сильного
воображения, Человеку лишь кажется, что он видит бесов или ведьм". Затем авторы
"Молота ведьм" продолжают: "Все это противоречит истинной вере, утверждающей,
что ангелы, низринутые с неба, превратились в бесов, что поэтому они, обладая
большей силой, чем мы, могут также и достигнуть большего, чем можем сделать мы".
Хотя Чарлз Уильямс называет этот силлогизм "почти первоклассным", Ли
характеризует интеллектуальный уровень книги следующим образом: "Ее жалкий стиль
своим однообразием напоминающий бесцельную, сбивающую с толку бесконечную ходьбу
с места на место, представляет собой блуждание мысли, неспособной к концентрации
и готовой следовать за любой навязчивой идеей".

Как апологеты демонологии, так и независимые мыслители подчеркивают, что было бы
нелогично и неверно осуждать представления XVIв. с точки зрения современных
критериев. Конечно, в этом они правы, но, тем не менее, гуманистический, научный
и разумный подход уже в то время был присущ мыслящим людям, по праву и долгу
совести осуждавшим демонологов и мракобесов, отбросивших развитие цивилизации на
несколько сотен лет назад.


Крамер начинал свою деятельность в Тироле, где возбудил к себе сильную
враждебность со стороны местного населения. Чтобы обосновать охоту за ведьмами,
он уговорил одну распутницу спрятаться в печи, притворившись, что там поселился
дьявол. Ее голос обвинил многих людей, которых Крамер жестоко пытал. В конце